Иннокентий и Миша — не просто соседи по купе. Они спутники Вероники. Все трое — одна группа. Только Рому это как-то не волновало. Отношения между ними и Вероникой дружеские и деловые. Никаких амуров и в помине.

Да и какие амуры могут быть? Вероника — это чудо природы. А Иннокентий и Миша — дремучая серость.

А один из них еще и законченный придурок. Вероника не женщина… Совсем сдурел дядя…

— А кто говорит, что она женщина? Вероника — девушка…

Ей уже за двадцать. Москвичка. Трудно поверить, что она девственна. Рома и не верил.

— И не девушка, — усмехнулся Иннокентий. — Она альпинистка.

— И между прочим, мастер спорта, — гордо добавил Миша.

— Ну и что?

Рома чувствовал себя врачом в палате для душевнобольных.

— Альпинисты — существа бесполые, — сухо заметил Иннокентий.

— Бесполые?

Да, Рома прав. Этим друзьям можно ставить диагноз.

— Знаете, у меня есть один знакомый психиатр, — сказал он. — Занимайте очередь…

Иннокентий и Миша неприязненно посмотрели на него. Но промолчали.

— Они не сумасшедшие, — в голосе Вероники звучало недовольство. — Они кровельщики-монтажники. И я, кстати, тоже…

— Кровельщики… Монтажники….

— Иннокентий и Миша мастера, я за прораба. Устраивает?

— А мне-то что?.. Едете куда?

— В Семиречье…

— Да ну?..

Семиречье городок небольшой, тысяч на десять душ. До областного центра две сотни километров. Трудно было поверить, что она не просто знает про Семиречье, но и держит туда путь.

— Вот тебе и ну… Ты о Гаврииловской часовне слышал?

— Конечно…

О Гаврииловской часовне ходили легенды. Ее в прошлом веке воздвигли местные казаки. Далеко в лес вынесли, верст за полета от города. В давние времена ходили упорные слухи, будто в тех местах злые духи бесчинствуют. Люди гибли почем зря. И непонятно было, кто их убивал: то ли гигантские волки, то ли оборотни. И самое странное, когда построили часовню, нечистая сила будто сгинула. Или просто волки-людоеды перекочевали в другие края.