беспокойства, но он знал, что она каждый раз с нетерпением ждёт его.

- Доброе утро! – дежурный поцелуй, в щёку.

- Привет! Чай горячий, будешь? – глаза радостно сверкнули.

Чай…Чай – это хорошо, чай - это замечательно. «Чай не пьёшь – какая сила…».

- Спрашиваешь! Я когда отказывался? – принюхался к запаху, - Ммм, божественно!

Запах действительно был приятным, горьковатым и пряным одновременно. А ещё, (или это ему

показалось?), как мёдом пахнуло. Хотя и запах, и вкус мёда давным-давно забылись…

Зуев, пока жена наливала в кружки душистый настой, украдкой наблюдал за ней. Он вообще

всегда любил смотреть, как она хозяйничает, наливает ли чай, или штопает порвавшиеся вещи -

тогда их убогое, крошечное жилище казалось ему настоящим домом, тёплым и уютным. Хорошо…

Как же она сдала, всё-таки…Ввалившиеся глаза в темных полукружьях, заострившиеся скулы, цыплячья шейка в вырезе ношеного свитера….Пальцы на руках - как спиченки…

Сердце от жалости защемило…

- Ты сегодня хорошо выглядишь….

Подбодрил…О том, какую глупость сморозил, он сообразил, ещё не договорив фразу до конца.

Виновато поглядел в сторону жены: «Машенька, прости балбеса, я не хотел». Ох, вроде

пронесло…Руки только дёрнулись. Или показалось? Эх, дурак, дурак… Воистину: «Хотели как

лучше…». А что получилось – сами знаете.

- Кипяточку подлей, - на самом деле он уже напился, но надо же было как-то исправлять

ситуацию.

Маша долила и себе. Чай они оба любили, только Зуев с сахаром, а жена – нет (сладкое вкус

перебивает). Речь, правда, шла о том, настоящем чае, который давно уже был на вес золота. Но

«на безрыбье и рак – рыба». Тем более что напиток не только пах весьма приятно, но и

действительно был вкусным. С медовым привкусом… И из чего, интересно, его мешают?