тут оказались?

- Какая разница? Главное, что ты ничего не услышал. Ты, Мишка, запомни: бежать, слышать и

думать надо одновременно. Карту местности видел?

- Вот я о ней сейчас и думал!

Виктор выбросил окурок на пути, где он еще некоторое время догорал в темноте красной

искоркой. Мишка, сволочонок такой, своими спортивными достижениями сбил весь сон. Хотя, было б о чем жалеть. Посидеть поговорить с ним, что ли?

- Недалеко от нашей станции раньше был скверик, и на одном из фонарных столбов висели часы.

Круглые такие, с большими цифрами. – Виктор и сам не понимал, думает он про это или вслух

произносит. – Как в старом кино, там под часами всегда девушек ждали, а они опаздывали.

Только и видно, как стрелки на час передвигаются. А потом еще на час.

- А на сколько ваша девушка опоздала?

- Моя-то? Вообще не пришла. Три часа дышал свежим воздухом, потом плюнул и домой пошел.

Хорошо, что на букет не потратился. - Может быть, если бы он купил тогда этот хренов букет, то

и девушка пришла бы? А с таким жлобом она и связываться не захотела. - Иди, Мишка, спать.

Следующую ночь уже не дома проведешь.

- А вы?

- А я еще посижу.

Мишка сначала отошел на шаг, но вернулся.

- Я не могу уснуть. – Как откровение какое поведал! Виктор еще не видел «желторотика», который не волновался бы. Да и он сам тоже…

- А зачем ты меня все время про семью спрашиваешь? Мать свою решил в хорошие руки

пристроить?

Мишка хотел выдать очередной необдуманный и категоричный ответ, но промолчал. Виктор и не

переспрашивал, боялся, что ответ будут примерно следующим: на кой ты ей сдался, старый

хрыч...

***

- Виктор, ты как сегодня?

- Как? Сядь да покак! Как всегда. А что случилось? – Не понравился вопрос, сверхурочной

работой он пахнет. А ему и так с утра нехорошо, сердце болит. Но зря Костик обращаться не