Детектив почувствовал внезапный приступ зависти к живущим здесь людям. Насколько тоскливой была его собственная маленькая коробка, называемая домом, по сравнению с этим жилищем!.. Его жена предпочитала жить в современном доме с удобствами и соседями, вечно сующими нос не в свое дело. Он же, будь его воля, довольствовался бы осыпающейся штукатуркой, но прекрасным видом. Видимо, уступать любимым женам – удел полицейских. Он слишком много времени проводил на работе, чтобы навязывать собственную тягу к уединению женщине, которая стоически и с чувством юмора переносила его постоянное отсутствие в течение тридцати лет.

Купер услышал, как сзади открылась дверь. Он повернулся, вынув из нагрудного кармана удостоверение, и поприветствовал толстого пожилого мужчину, который направлялся к нему:

– Детектив Купер, сэр, из полиции Дорсета.

– Орлофф. Дункан Орлофф. – Мужчина обеспокоенно провел рукой по широкому, довольно приятному лицу. – Мы ожидали вашего прихода. Боже мой, Боже мой! Признаюсь, вой Дженни Спед было нелегко вынести. Бедняжка. В общем-то она вполне нормальная, пока ее что-нибудь не расстроит. Вы и представить себе не можете, что здесь творилось, когда она нашла Матильду. Она выскочила из дома с таким визгом, словно увидела привидение, а потом к ней, видимо, из сочувствия, подключился и муж. Я сразу понял, что произошло нечто ужасное, потому и вызвал полицию и «скорую помощь». Слава Богу, полицейские приехали быстро и догадались взять с собой женщину. Она оказалась на высоте – успокоила Спедов в рекордное время. Боже мой, Боже мой, – повторил он. – У нас такая спокойная жизнь, мы не привыкли к подобным вещам.

– К такому никто не привыкает, – отозвался Купер. – Предполагаю, вам сказали, что произошло?

Орлофф в отчаянии взмахнул руками.

– Только то, что Матильда умерла. Я держал Спедов у себя до прибытия полиции, думал, так будет лучше, – они бились в истерике.