Машков тоже успел повоевать в Афгане, принимал участие в разоружении боевиков в Абхазии, сражался в Таджикистане. Правда, на границе он был ранен и на полгода выбыл из строя, что могло сказаться на его подготовке и выносливости. Но учитывая его боевой опыт, командование все же сочло возможным назначить его командиром этой офицерской группы.

Замыкал цепочку старший лейтенант Дубчак. Немногословный, вечно молчавший Дубчак был незаменим при отходах и маневрах группы, когда он со своим пулеметом отвлекал внимание нападавших.

Дубчак попал в группу сразу из Чечни, где его взвод выполнял специальное задание по захвату некоторых, особо отличившихся, преступников.

Все пятеро офицеров, вошедшие сегодня утром в этот лес, знали, что выйти они могут только вместе. Пройти в одиночку через весь лес не сумел бы никто. Но пройти группой было тоже нелегко.

Справа послышался треск. Все пятеро сразу замерли. Уже отработанным движением двое членов группы развернули автоматы направо - Хабибулин и .Машков.

Чутов, чуть скосив глаза вправо, по-прежнему, смотрел вперед, а Борзунов, наоборот, повернулся налево.

Все пятеро были отличными профессионалами и хорошо знали, что нельзя поворачиваться на любой шум всей группе.

Шум мог быть отвлекающим маневров, а напасть на них вполне могли с другой стороны. Но на этот раз, кажется, все обошлось, тревога была ложной.

Чутов поднял руку. Все поняли без слов. Группа продолжала свое движение. По традиции, командир группы не имел права идти первым или замыкающим. Здесь ценились мозги, а не умение быстро стрелять. Поэтому командира берегли почти так же, как своеобразное знамя части, стараясь не подставлять его под пули.

В подобных операциях очень часто задачу, поставленную перед группой, в полном объеме знал только командир.

Хотя на этот раз никаких особых секретов не было. Они должны были выйти из этого леса через два часа. И по возможность живыми. Это была их главная и самая трудная задача.