Справа снова послышался какой-то неясный шум. Борзунов недовольно покачал головой. Ему не нравились эти постоянные шумы.

Машков понял его без слов. Он показал на Хабибулина. Борзунов, дотронувшись до плеча Хабибулина, сделал отмашку вправо.

В это время Машков, чуть повернув голову, показал Дубчаку налево. Чутов замер впереди, стараясь не двигаться; мягко ступая, Хабибулин сделал несколько шагов вправо. Дубчак почти зеркально повторил его маневр, смещаясь влево.

Внезапно Чутов что-то почувствовал впереди. Именно почувствовал, а не увидел. Короткий взмах руки, и через мгновение лес наполнился громким треском автоматных очередей.

Все-таки Борзунов не ошибся. Справа нарочно шумели, чтобы отвлечь их внимание. Группа нападавших сосредоточилась слева.

Самым плохим в этой ситуации оказалось то, что Дубчак, сместившийся влево, на какую-то долю секунды не успел заметить отмашки Чутова. Пуля попала ему прямо в лоб.

Машков под огнем нападавших сумел доползти до Дубчака и взять его пулемет. Развернувшись, он дал длинную злую очередь в ту сторону. Его трясло от волнения. Он так рассчитывал на Дубчака.

Чутов, продвинувшийся немного вперед, бросил две гранаты. После взрывов все стихло. Хабибулин, уже успевший вернуться, занял место Дубчака. Машков перешел на вторую позицию.

Короткая стычка отняла почти пятнадцать минут времени. Нужно было торопиться, они могли не успеть.

По знаку Машкова все четверо снова выстроились в цепочку.

- Сукин сын этот "Барс", - негромко пробормотал капитан Борзунов, - так мучить людей.

Ему никто не ответил.

"Барсом" они называли генерала, который сейчас, наверняка обдумывал очередную пакость.

Следующие тридцать минут были относительно спокойными. Если не считать снайпера, насевшего высоко на дереве.