Ричвуд был в полушаге от победы в первом матче на турнире «Большого шлема», когда грянул выстрел.

Приглушенный звук донесся из-за пределов стадиона, и большинство зрителей не обратили внимания, решив, что это хлопушка или лопнувшая покрышка. Но Майрон с Уином слышали подобное слишком часто. Вскочив со своих мест, они поспешили к проходу еще до того, как начались крики. На трибунах поднялся ропот. «Тише, пожалуйста, тише!» — нетерпеливо кричал в микрофон бесконечно мудрый арбитр.

Майрон с Уином понеслись вверх по металлической лестнице, перескочили через белую цепь, которую натянули секьюрити, чтобы никто не уходил с трибун во время розыгрышей, и покинули арену Луиса Армстронга.

Некоторые из собравшихся в небольшом кафе, льстиво названном «Гастро-корт», бились в истерике, другие даже не шелохнулись. В конце концов, это Нью-Йорк, очереди за гамбургерами довольно длинные, место людям терять не хотелось.

Девушка лежала лицом вниз перед стойкой, на которой предлагали шампанское «Моэ» по семь с половиной долларов за бокал. Майрон узнал ее еще до того, как наклонился и перевернул.

ГЛАВА 2

— Может, не стоит ввязываться? — спросил Уин.

Свернув на магистраль ФДР, «ягуар» помчался на юг. В салоне работало радио: на волне 105,1 FM звучал «софт-рок», как изволил выразиться ди-джей, а именно римейк старой классики «Фор Топс»

— Я переключу? — предложил Майрон.

— Конечно.

Локвуд повернул, чтобы встать в другой ряд. Манеру вождения Уина точнее всего было бы назвать нестандартной или творческой. Чем меньше внимания обращаешь на его «художества», тем целее нервы. Лучше поставить кассету с записью первой постановки «Как преуспеть в бизнесе, ничего не делая». У Уина, как и у самого Майрона, неплохая коллекция классических бродвейских мюзиклов. Роберт Морс пел о девушке по имени Розмари, но все мысли Майрона Болитара были о девушке по имени Валери.