Я не слишком жалую детективы. В качестве легкого чтива отдаю предпочтение дурно написанным историческим романам со сладострастными героинями и безрассудными в своей похоти героями, где много дерутся на шпагах и еще больше соблазняют и амурничают. Но в тех немногих детективах, которые все же удосужилась прочесть, герои — как, впрочем, и преступники — часто взламывают замки. Обычно они расправляются с замком черного хода, зайдя с переулка, очень удобно пролегающего прямо за нужным домом.
Позади домов на улице Пяти Лун не было никакого переулка. Да и быть не могло — уж больно кривая эта улочка: выворачивается под самыми неожиданными углами. Возможно, в лавке имелся всего один вход. Я поспешила обратно к китайскому халату и, таращась на сей шедевр, краем глаза стала изучать здание, но не нашла ничего примечательного, если не считать таблички с именем: А. Фергамо. Имя мне ни о чем не говорило. Зато я увидела кое-что еще, чего не замечала прежде, — небольшую щель сбоку от дома, такую узкую, что солнце не могло рассеять царящий в ней мрак...
По дороге в отель я не удержалась от нескольких потрясающих покупок, у себя в номере распаковала их и спустилась в ресторан обновить. Мои приобретения не остались без внимания — ресторанная публика как по команде обернулась в мою сторону. Я заказала бутылку фраскати, моего любимого итальянского вина. Надо же было выпить за здоровье герра Шмидта — ведь именно благодаря ему я сидела в новом наряде за столиком ресторана лучшего римского отеля и наслаждалась предвкушением скорого приключения.
Из отеля я вышла в десять часов. Рановато, конечно, для взлома, но позднее я наверняка бы привлекла к себе внимание — даже в легкомысленном Риме приличные девушки не бродят в одиночку после двух часов ночи. Улицы были полны народа. Казалось, все гуляющие передвигаются парами, словно сиамские близнецы, даже немолодые туристы. Пожилые дамы под ручку со своими лысыми пузанами выглядели очень трогательно. Что-то особенное витает в римском воздухе весенним вечером... Пришлось даже напомнить себе, что у меня есть дела поважнее, чем предаваться сантиментам.