Недавно Мишка ходил на встречу однокурсников и вернулся в большом раздражении. Он стал им чужим, а они ему. Разный круг интересов, разные привычки. Света сама иногда с трудом узнавала мужчину, с которым прожила много лет, зато встречалась с девчонками, словно рассталась вчера. Они обсуждали общие медицинские заморочки и хохотали, словно сумасшедшие. А вот с Анечкой и особенно с Полиной Света чувствовала себя неловко. Нет, они вовсе не демонстрировали открыто свое презрение, все-таки ее муж — шеф их мужей, однако это презрение сквозило в каждом косом взгляде на ее костюм и в каждом ответе на ее реплику. Имея благодаря Мишке кучу денег, психологически она осталась среди бюджетников и ничего не могла с собой поделать.

Света не успела довести мысль до конца, как ее умудрился высказать Мишка. Подобные чудеса телепатии были у них нередки.

— Я ведь не мешаю тебе дружить с твоими нищими подругами. Я понимаю, Полина и Анечка — пустоголовые дуры, с ними взвоешь от тоски через пару дней. Но работать-то зачем? Я что, не могу тебя обеспечить? Перед мужиками стыдно, понимаешь?

— А мне стыдно перед коллегами, — неожиданно вырвалось у Светы.

— Как это? — удивился Мишка.

— Понимаешь, они на эти деньги живут, а я… я бы с удовольствием отдавала кому-нибудь эту дурацкую зарплату, но не знаю, как это сделать, чтобы никого не обидеть. Кстати, я не признаюсь на работе, кто ты у меня и какую сумму выдаешь нам на месяц. Вру, что ты программист в иностранной фирме.

— Ты что, меня стыдишься?

— Нет, разумеется. Просто не хочу лишних проблем. Мне и без того завидуют.

— Нищие неудачники всегда завидуют тем, кто чего-то достиг.

— Нет, они по-хорошему завидуют. Муж высокооплачиваемый программист — это еще тот уровень, когда можно завидовать по-хорошему. По-твоему, Мишка, в неудачах человек всегда виноват сам?

— Несомненно. Особенно мужик. Сейчас такое время, что каждый может всего достичь.