– В каком именно? – нахмурился Бондарь.

– Беляев знает. Ему были отданы соответствующие распоряжения.

Так бы и трахнул кулаком по столу, чтобы всякая канцелярская дребедень подлетела до потолка!

– А поконкретней можно, Светлана Афанасьевна?! – сладко осведомился Бондарь, предусмотрительно сцепивший руки за спиной.

В ответ Алтынникова невинно захлопала ресницами, сделавшись похожей на Мэрилин Монро:

– Василий Степанович хочет посмотреть, как вы будете смотреться рядом.

Бондарь помотал головой, как человек, заподозривший, что все происходящее ему только снится.

– Рядом с кем? – спросил он, досадливо морщась.

– С напарницей, – тонко усмехнулась Алтынникова.

– Та-ак! Откуда она взялась? Кто такая?

– Понятия не имею. Но интуиция мне подсказывает: эта дамочка из бывших.

– Из дворянок, что ли?

– Зачем из дворянок? – удивилась Алтынникова. – Из путан, разумеется. Наши лучшие женские кадры куются на панели. Я имею в виду агентурную сеть, – поспешно поправилась она.

На щеках секретарши проступил румянец, но в данный момент цвет ее лица волновал Бондаря меньше всего.

– Старик что, спятил? – рявкнул он. – И куда же он собирается меня запихнуть с этой б… с этой б-бывшей?

Алтынникова, тайком покровительствовавшая Бондарю, опасливо огляделась по сторонам и понизила голос.

– Я думаю, – заговорщицки прошептала она, – что вы отправитесь к Балтийскому морю. Я сегодня с самого утра готовлю справки по Эстонии. У меня от этих дурацких названий уже голова раскалывается, – пожаловалась Алтынникова, кокетливо прикоснувшись к белоснежным локонам. – Знаете, как называется эстонский парламент? Рийгикогу – не больше не меньше. А их министр внутренних дел? Его зовут Сиймсаар Мунамяги, уму непостижимо! Скажите, Женя, вы бы смогли сохранить серьезность, обращаясь к нему по имени? – Алтынникова прыснула. – Здравствуйте, господин Сиймсаар Мунамяги, как прошла ваша деловая поездка в Йыэсуу, не правда ли, крыша полицейского участка в селении Пюхайыэ требует срочного ремонта?