Я уже кое-что делаю в этом направлении. Не надо забивать себе этим голову. Убийцы предстанут перед судом. У нас другая проблема. Когда мы убрали Улук-заде и перехватили его перевозчиков, то выяснилось, что ему поставлялись кокаин и марихуана. С травкой еще можно разобраться, а что делать с кокаином? Товар не в ходу. Баловство. Из Москвы есть только одна заявка на пять килограммов кокаина. Какой-то там богемный клуб балует своих интеллигентов этим мусором. И то они делают заявки один раз в квартал. У нас на руках десять килограммов кокаина и сорок марихуаны. Ребята прибыли раньше времени, и мы не успели вытрясти из подручных Улук-заде списки заказчиков. Одно имя узнали, и то случайно. Курьер сам приехал и напоролся на моих людей. Просто лох попался.

— Не забивай себе голову, Рома. У нас город полон студентов. Подбери из своих байкеров тех, кто станет реализовывать товар по дешевке. Цены мы потом взвинтим.

Хитрово долго держал паузу. Сначала ему показалось, что он ослышался, но потом понял, что нет.

Подполковник был человеком умным и потому твердо знал, что он не кто иной, как настоящая сволочь и мерзавец. Жизнь заставила его стать таким. Неработающая жена, трое детей, и он без специальности. Мент с паршивой зарплатой, и все. Но сейчас он понял, что существуют сволочи покруче его.

— Юра, если мы начнем распространять наркотики в собственном доме, то сами потом захлебнемся. Ведь эта зараза расползается, как ветер, ураган. Мы с этим потом не справимся. Зачем искать на свою задницу приключения?

Полковник отмахнулся.

— Брось, Роман. Я же не говорю, что нам нужно выбрасывать героин на улицы. На него и так покупателей хватает. А кокаин и травка особых забот нам не принесут. Пусть балдеют ребята. У нас есть дела поважнее.

— Ладно. Я пошел. У меня еще куча дел сегодня.

Он встал и выскочил из кабинета, ему показалось, что он задыхается. Заварили кашу. Он пытался отмахнуться от навязчивых мыслей, как от назойливой мухи. У Хитрово две дочери-студентки и сын заканчивал школу. Что будет с ними?