На кухне работал телевизор, жена, не отрывая глаз от экрана, подогревала мужу ужин. Передавали местные новости, где речь шла о распоясавшихся байкерах, совершивших четвертое убийство за последний месяц.
— Господи! Рома, ну неужели вы ничего не можете сделать? Это же беспредел. На улицу страшно выйти.
Хитрово налил себе стакан водки и выпил залпом.
— А что, Лиза, давай все бросим к чертовой матери и уедем жить в Питер. Сначала я тебя с детьми туда отправлю, а сам через полгодика переберусь. Мне могут дать крупную ссуду, и я куплю квартиру в Питере. А?
— Ох, Ромочка. Всю жизнь мечтала вернуться к берегам Невы. Ну куда нам сейчас трогаться? У Ленки диплом, Наташка на последнем курсе. У Сашки выпускной класс.
— Диплом заочно защитит, а школ и в Питере хватает. В лучший лицей Сашку определим. А Наташку переведем в другой вуз. Поди, не хуже наших. Пару месяцев у твоей сестры поживете, а там и квартиру купим.
— Белены объелся или уже со стакана косеть начал? Где же такие деньжищи взять? А с этой квартирой что делать? Ты двадцать лет бандитов ловил, чтобы ее получить. Она даже не приватизирована. — Женщина махнула рукой. — Поживем до осени, а там видно будет. Вот Ленка диплом получит…
— Дожить бы до этой самой осени,— пробурчал Роман, наливая второй стакан.
Жена его не слышала, она не отрывала глаз от телеэкрана.
— Вот ужас-то! А ведь у твоей Галки Рудик тоже с мотоцикла не слезает. Как бы не связался с этими мерзавцами. Он парень с характером!
Светлана дотянулась рукой до тумбочки и нажала кнопку выключателя. Слабый голубой свет озарил крохотную комнатку, где помещались кровать, два табурета, стол и покосившийся от времени шкаф.
Но обстановка не смущала, главное, что кровать широкая и непродавленная.
Сережка взял сигарету и закурил.
— Ты бы видел свои легкие,— сказала девушка, кладя ему на грудь свою очаровательную головку с пышными волосами. — Легкие курильщика похожи на губку, которой ты моешь свой мотоцикл. Она черная, а когда ты ее выжимаешь, то вытекает отвратная маслянистая жижа. То же зрелище мы увидим, если выжмем твои легкие.