— Кто еще мог видеть эту картину?

— Человека три уже стояли на автобусной остановке. Наверняка видели. Только где они теперь?

— В котором часу происходили события?

— Семи еще не было. Светало. Машины проезжали, хоть бы кто остановился! Только скорости прибавляли.

— Думаешь, не правы? Тридцать мотоциклов не шутка. Милицию ты вызывала?

— Я. В шашлычную побежала. Но к кафе и шашлычной бандюки не пошли. Там братья Ходя-ковы командуют, могли картечи схлопотать. За ними не заржавеет. Четверо бугаев с ружьями.

— Не в этом дело, Лида. Они Ходяковы, а не Катарзи. Пьяную толпу с битами не остановишь двустволками. Часто байкеры катаются по шоссе?

— Кто?

— Мотоциклисты.

— Дом мой стоит метрах в трехстах от шоссе, за пролеском. Иногда по ночам слышу рев, похоже — они. А днем не видала. Вот только сегодня.

— Днем они пай-мальчики. За университетскими партами сидят и пятерки получают. И папы с мамами у них важные и уважаемые люди. Хлеб с маслом едят и деткам мотоциклы покупают, стоимостью в хороший «мерс». На кривой козе к таким не подъедешь. Вот что, Лидия. К шести вечера приезжай ко мне в управление. Составим протокол, все как полагается.

— Давай сейчас, командир. До города десять километров, а ехать полдня.

— Придется приехать. Я тебе фотографии покажу. Кого-то еще припомнишь. Это важно.

— Может, и Нинку прихватить?

— Не нужна она мне. Пусть дерьмо с себя смывает.

— А где я тебя найду?

— Скажешь дежурному, что по вызову замначальника УВД пришла. Он тебя проводит ко мне. Только не опаздывай. У меня дел не меньше твоего, попусту в носу не ковыряю.