Если не принимать во внимание очки, то сходство между Грейс и Мод такое же, как между небом и землей. Та была стройная, нервная, агрессивная. А эта - "в здоровом теле - здоровый дух", спокойно-самоуверенна и холодно-доброжелательна. Чистое, матово-белое лицо, под бледно-лиловой поплиновой блузкой выделяется большой бюст, массивные бедра обтягивает юбка на серой английской фланели. Нет, у Сеймура не такой вкус. Служебное лицо - и только.

Объезжаем бензоколонку и выезжаем на автостраду. Точнее сказать: въезжаем в автостраду, ибо это особый мир, ограниченный с боков бетонными рвами, где денно и нощно нескончаемые потоки механических кровяных телец циркулируют в бетонных венах.

Изолированный, оторванный от всего окружающего мир двух измерений, сведенный к двум направлениям - того, откуда ты едешь, и того, куда едешь, - серая лента, которая непрерывно раскручивается под тобой, связывая то, что было, с тем, что будет.

- У меня такое чувство, будто вы работали на радио, - говорю я немного погодя.

- Если это вас так интересует, так я действительно там работала.

- У вас такой мелодичный, хорошо поставленный голос.

- Не понимаю, чем вам не нравится мой голос? - небрежно бросает Мод.

- Ничем. Просто он мне напоминает магнитофонную запись...

- В таком случае ни о чем меня не расспрашивайте. Будете молчать вы будет молчать и мой магнитофон.

- Почему же! Тембр вашего голоса мне приятен. К тому же у меня к вам вопрос.

Женщина молчит, глядя на бетонную ленту, что бежит нам навстречу.

Прибываем во Франкфурт около трех часов. Гостиница "Континенталь", где мы останавливаемся, несмотря на громкое название, - стандартная гостиница среднего уровня. Когда мы поднимаемся в лифте в сопровождении мальчика с чемоданами, дама предлагает:

- Примем ванну и тогда спустимся пообедать.