— Позднее был замечен в вагоноремонтных мастерских в Шарже. Поджег вагон с взрывчаткой. При последовавшем взрыве было разрушено три цеха и весь подвижной состав, находящийся поблизости.

Гарритти прохрипел:

— И это все сделал он? Вот этот?! Сжег Лейк-Кроссинг и взорвал Шарже?!

— Если верить объявлению, а ему нет причин не верить, то все сделал именно он. И на вашем месте, Гарритти, я бы поскорее забирал деньги у Дикина — ведь мы теперь очень долго его не увидим. Если вообще… — Пирс сложил бумагу и обратился к Клермону: — Итак, сэр?

— Я все-таки не понимаю, какое отношение ко всему этому имеет армия?

Пирс снова развернул бумагу и протянул ее полковнику.

— Я упустил некоторые детали, тут слишком много всего написано. — Он указал на один из абзацев. — Обратите внимание на это.

Теперь пришла очередь Клермонта читать вслух:

— Вагон с взрывчаткой направлялся в Сакраменто, штат Калифорния, на склад армейских боеприпасов. — Полковник сложил бумагу и вернул ее Пирсу. — Это меняет дело. Задержание этого негодяя все-таки касается армии.

Глава 2

Вечером того же дня полковнику Клермонту пришлось прилагать уже совершенно геркулесовы усилия, чтобы держать себя в руках. Строгий, но исключительно добросовестный человек, приверженец предписанных правил, он не умел выпускать пар потихоньку. Гнев вспыхивал в нем при каждой неприятности и даже оказывал влияние на его самочувствие.

На этот раз аудитория полковника состояла из восьми человек: встревоженного губернатора, Марики, священника и врача, который взирал на происходящее в высоты верандочки перед входом в салун «Имперского» отеля. Пирс, О'Брейн и Дикин стояли несколько поодаль и внимательно наблюдали за полковником. Восьмым был сержант Белью, который, сидя на своей лошади, пытался развернуть плечи и поднять подбородок, как будто получил команду «смирно». Он смотрел куда-то вдаль, через левое плечо полковника. Похолодало, но Белью был мокрым от пота.