— Так точно, сэр.

— А дров для всех печей? В горах будет чертовски холодно.

— Дров хватит, чтобы согреться при любом морозе, сэр.

— Отлично, сержант. Где капитан Оукленд и лейтенант Ньювелл?

— Были здесь, когда солдаты выводили лошадей. Потом они пошли вдоль вагонов в сторону города. Разве они не в городе, сэр?

— Если бы я знал, черт возьми, не спрашивал бы. — Раздражение полковника вот-вот готово было выплеснуться на ни в чем не повинного сержанта. — Отправьте в город людей и разыщите их. Пусть явятся с объяснениями ко мне в «Имперский»… Бог мой, «Имперский»! Ну и название!

Полковник зашагал к локомотиву. Сержант Белью за его спиной беззвучно вздохнул с облегчением.

Крис Банлон, машинист, был низеньким и тощим человечком. У него было неестественно морщинистое, темное лицо, на котором совершенно необычно выглядели голубые, как барвинок, глаза. Когда полковник поднялся по металлическим ступенькам в его кабинку, он орудовал тяжелым гаечным ключом.

— Добрый день, сэр.

Он улыбнулся, что сделало его похожим на грецкий орех, и отправил ключ в ящик для инструментов.

— Что-то не в порядке?

— Обычная проверка, сэр.

— Мы отправляемся через полчаса.

Банлон распахнул дверцу топки. Раскаленное дыхание пода, на котором полыхали дрова, заставило Клермонта отступить назад. Крис закрыл дверцу.

— Можем трогаться хоть сейчас.

Клермонт посмотрел на загруженный дровами тендер.

— Как насчет топлива?

— До первого штабеля — больше, чем достаточно. — Банлон с гордостью посмотрел на тендер. — Мы с Генри дозагрузились здесь немного, чтобы хватило наверняка. Должен сказать, прекрасный работник этот Генри!

— Генри? — В тоне Клермонта прозвучало хмурое удивление, хотя внешне он остался так же невозмутим, как и раньше. — Разве вашего помощника зовут не Джексон?