– Алло! – проорала Майка в трубку, а следующими своими словами напрочь вышибла меня из седла благоразумия, в голове вообще не осталось никаких мыслей: – Шурик, убавь громкость магнитофона!.. Ни-че-го не слышу! Леня, «выключи», пожалуйста, и Шурика, и магнитофон!.. Нет, это невозможно! Светка, дай пройти!.. Алло! Одну секундочку, сейчас выскочу в коридор!

По мере «выскакивания» Маечки в коридор, стихал дикий шум гулянки. Поняв, кто с ней разговаривает, девушка откровенно удивилась. Кажется, так же, как и я.

– Ой, привет!.. А мы тут с друзьями возвращение отмечаем. Шурик, ты что выскочил? Это наша соседка по купе, Ирина. Ирочка, тебе привет от Шурика. Ой, а откуда у вас мой номер?

Помнится, я что-то плела про хорошую погоду. Выручила Наташка. Издевательски поджав губы, выхватила из моих рук мобильник и попросила «не обращать на Ирину внимания. Воздух Родины, он особенный. Надышалась еще в поезде, поэтому и прихватила пиджак Майкиного мужа».

– Да у него этих пиджаков!.. Как у меня шарфиков, – весело пояснила Майка. – Но так и быть, как-нибудь созвонимся, заеду заберу. С понедельника у Александра Витальевича Кочнева начинается исключительно трезвая жизнь. Работник фирмы обязан быть в форме. А этим пиджачком я буду его шантажи-и-ировать, – Майка захихикала, – Шурик, не мешай разговаривать, иди к гостям. Оттянулся в поездке на славу. Теперь до следующего раза ни капли спиртного в рот не возьмет. За что и ценю. Что ж, у каждого свои прибабахи. Спасибо вам, девушки, за заботу и терпение, я перезвоню.

– Ну и как тебя после этого обозвать? – В голосе поигрывающей своим мобильником подруги звенел металл. Тугоплавкий. – Хорошо хоть с соболезнованиями не вылезли. Шурик бы точно до срока протрезвел. Пиджак Александра Витальевича я оставлю у себя. Есть опасения, что при подготовке к передаче его Майке нечаянно обознаешься и «обуешь» своего дорогого Ефимова. Например, на зеленый хирургический костюмчик. Слабо? С твоими-то заморочками!..