Больше половины на английском. Некоторые библиотечные, другие — ксерокопии с «загрифованных», которых понатаскал он из МФТИ, где когда-то учился. Этим чёртовым особистам на любую брошюрку лишь бы штампик тиснуть — «Сов. секретно», а что человек корабль на Венеру запустить хочет или «крякнуть» американский софт для пользы Отечества, так им на это наплевать! Библиотеку свою Лобстер с квартиры на квартиру не таскал — уж больно громоздко, — книги пылились на антресолях у матери. А норы он действительно менял часто: то хозяйке денег больше подай, то сосед сильно пьющий, то ещё какая напасть…

— Если переезд закрыт, минут тридцать простоять можем. Такое здесь место — нехорошее, — проворчал водитель.

— А в объезд?

— Никак. — Он покачал головой. — Без тебя дружок уедет. Так что — молись!

Молиться Лобстер не умел, а даже если б и умел — не стал. Достаточно слегка напрячь мозги. Времени — почти двенадцать, день рабочий, движение на Савёловской дороге не ахти какое интенсивное, а в расписании электричек наверняка перерыв в связи с ремонтными работами — летом на железной дороге самый ремонт, так что…

— Открыт переезд, — уверенно сказал Лобстер.

— Посмотрим-посмотрим, — пробормотал водитель, обгоняя громко тарахтящий трактор.

Переезд был открыт. «Шестёрка», притормозив, перескочила через железнодорожное полотно и снова набрала скорость.

Она затормозила около стеклянных дверей.

— Ты меня здесь подожди, — попросил Лобстер. — Я сейчас. Только друга прихвачу. Ещё полтинник заработаешь.

— Я долго не могу, — предупредил Алексей. — Здесь стоянка дорогая и выезд две сотни.

— Всё будет оплачено, ты жди! — раздражённо сказал Лобстер. Он кинулся к стеклянным дверям.