Я честно ответил, что не помню. Но пообещал сходить сразу же, как только закончу с этим делом. Честное благородное!

– Буханцев Асмодей Петрович – директор нашего областного музея краеведения, – словно школьнику наставительно объяснил Семен Борисович. – Вот такой мужик! Тоже интересовался кое-чем.

– Это все? А родственникам Вы доверяли в меньшей степени? – задал я следующий вопрос. – Кроме жены и дочери, я имею в виду.

– Нет, все думали, что я только интересуюсь. Выставил пару вещей в сервант. Они думали, что это – все. А коллекцию я прятал.

– Кстати, где Вы ее хранили? Ведь не могли же Вы держать ее в простом деревянном шкафу...

Кузнецов молча встал и подошел к небольшой картине, висевшей на стене над огромным проекционным телевизором.

Действительно, ни одному грабителю, плохо знакомому с обстановкой квартиры Семена Борисовича, и в голову не могло бы прийти искать шедевры за картиной, которая располагалась так неудобно. Однако а самом деле я тоже ошибся, и все обстояло иначе.

– Здесь у меня управление замком сейфа, – доверчиво открыл тайну Кузнецов. – Само хранилище находится в другой комнате.

Увидев мое недоумение, Кузнецов улыбнулся и продолжил:

– Вас, видимо, удивляет, что я вот так открыто рассказываю о сейфе, замке и так далее? Но, во-первых, в том сейфе уже ничего не лежит, а во-вторых, я очень надеюсь, что Вам, точнее, нам это поможет. Ну, и кроме того, шифр знаю лишь я один. Это уж точно.

Гм, такая уверенность может натолкнуть на мысль, что Кузнецов сам себя и ограбил. Уж не знаю для каких там целей, но... Но также и возможно, что он просто не знает, что кто-то еще смог узнать код. Но как?

– Надеюсь, Вы помните его наизусть? – уточнил я.

– Естественно. И даже могу сказать его Вам, если интересно, – предложил Семен Борисович. – Все равно менять, раз другие уже узнали. Ну, идемте, сейчас все увидите.

Сейф располагался, конечно же, в кабинете Семена Борисовича и своей конструкцией напоминал мой тайник для Приятеля.