Вечером в пятницу Даша шла домой, вся погруженная в мысли о Хирурге. Было уже поздно – два часа она провела в агентстве по операциям с недвижимостью. Там ей рассказали, что за двухкомнатную квартиру на Ленинском проспекте и дачу она сможет получить около шестидесяти тысяч долларов. Рядом с домом что-то заставило ее поднять голову, и она увидела несущуюся на нее машину, нет, не машину увидела, а глаза человека, сидевшего за рулем. Это были глаза убийцы. Холодные, остановившиеся, они сделали невозможное – бросили ее через палисадник на раскисшую весеннюю землю.

Дома Даша расплакалась. Вся в грязи, тушь потекла, сумка была полна молока, вылившегося из раздавленного пакета.

Она не верила, что ее хотели убить. "Кому я нужна? – думала она, сидя на пуфике перед зеркалом. – А эти шестьдесят тысяч? Чепуха, их ведь не было в сумочке, одно молоко да плюшка на утро. Это моя жизнь исторгает меня из себя. Этот убийца, – кого же он мне напоминает? – будет гоняться за мной, пока я не уйду из этого серого, убогого существования. И потому он не убийца, а мой ангел. Ангел..."

В дверь позвонили. "Это он!" – вспомнила Даша холодные остановившиеся глаза. Посмотрев в глазок, увидела двух обычных полных женщин в черных платках. В руках у них были книжки в мягких простых обложках.

Открыла.

– Возьмите эту книжечку, – сказала одна из женщин, поздоровавшись. – Она вам поможет.

Даша взяла. Женщины, крестясь и благодарно улыбаясь, ушли.

Закрыв дверь, Даша уселась в кресло, стоявшее в прихожей, и пролистала книжечку страниц в восемь. В ней простым и не очень грамотным языком было сказано, что Бог все отпустил человеку сполна.