– Я же говорю. Искрометное. До скорого, Тарк. Фрэнк и Хуан развернулись и направились к деревне.

Ярдов через двадцать Хуан сказал:

– Ненавижу этого хера. На фиг он нам нужен? Почему бы нам не взять другую лодку? Куча лодок вокруг.

– Я тебе честно скажу, – сказал Фрэнк, – я не знаю, на фиг он нам нужен. Я делаю, как мне говорят, а мне говорят: работай с Тарком.

Хуан покачал головой.

– Я ему не верю.

– Я тоже. Так что давай постараемся не упускать друг друга из вида.

– О'кей, – сказал Хуан. – Ненавижу этого хера. Тарк стоял на катере и, не выпуская ножа, смотрел, как двое уходят в дождь. Из каюты к нему обратился голос:

– Это те парни?

– Они самые, – ответил Тарк.

– С большим придется повозиться, – сказал голос.

– С ним проблем не будет. В таком бурном море лодку будет швырять будь здоров, особенно если ей плохо править. Я это легко обеспечу.

– Как насчет мелкого? – спросил голос. Тарк посмотрел на нож:

– С гомесом я разберусь сам.

Фэй Бентон вытолкнули из сна прыгавшие по ее животу двадцать семь фунтов груза.

– Мишка! – сказал груз. – Мишка! Мишка!

– Хорошо, милая, – сказала Фэй. – Но сначала мама сходит на горшочек.

Она села, обхватила двухлетнюю дочку Эстель, поднялась с кровати и направилась в ванную. Бережно опустила Эстель на пол и села на унитаз.

– Мама горшочек, – сказала Эстель.

– Правильно, – сказала Фэй. – Маме нужно на горшочек.

– Пипи, – сказала Эстель, услышав журчание.

– Пипи, – согласилась Фэй.

– Здесь как будто накурено, – сказала мать Фэй, появившись в дверном проеме.

– Мама, ты позволишь? – сказала Фэй и захлопнула дверь.

– Мишка! – сказала Эстель. – Мишка! Мишка! Мишка!

– Минутку, милая, – сказала Фэй. – Мама сходит на горшочек.

– Пипи, – сказала Эстель.

– Такты курила? – спросила мать из-за двери. – По-моему, здесь накурено.