Прибыв в Лондон два дня назад и поняв, что голос может выдать его, Эллис решил не рисковать. Пока он не придумал более совершенный план, он решил прикидываться глухонемым. Он знает азбуку глухонемых. Но нельзя же разговаривать на пальцах с людьми, которые не понимают твоих жестов. В иных случаях приходилось использовать камешек. Он придумает что-нибудь со своим голосом, хотя понятия не имеет, что именно. Но до сих пор он не отдавал себе отчета в том, как легко голос может выдать его. Он не понимал, как проницательны эти люди… Ведь обвиняемый только сказал, где хворост, и был взят.

Эллис явился на суд, приготовившись к неприятностям. Олд-Бейли – это логово льва. Здесь полно полиции, офицеров разведки и контрразведки. Отсюда не ускользнуть. И поэтому приходится держать камешек во рту.

Толстая женщина снова обратилась к Эллису:

– Забавно все это. Зачем они его судят? Достаточно одного голоса. И так ясно, что это он.

Эллис посмотрел на нее и попытался отодвинуться, но ее толстое тело прижало его к месту.

– Съешьте сандвич, – сказала женщина. – Это протянется долго.

Эллис покосился на нее, но сандич взял. Он не завтракал, и в животе у него урчало. Но он не собирался пропускать ни одного слова процесса. Ведь это мог быть процесс над ним. Атмосфера суда, слова, реакция зрителей – все это притягивало Эллиса. Он ел сандвич, предварительно вынув камешек и зажав его в руке.

– Ешьте, ешьте, – прошептала женщина, улыбаясь. У нее было красное веселое лицо. Маленькие карие глазки блестели. Эллис кивнул. Его не интересовало, что она говорит. Он медленно жевал сандвич. Сыр и пикули. А в это время другой человек ожидал смерти. Судья прочел показания обвиняемого:

– «Я пользуюсь случаем, чтобы сообщить о мотивах, которые заставили меня уехать в Германию и работать диктором. Я сделал это не ради денег и материальных соображений, а по своим политическим убеждениям».