— Около двадцати. — Кирилленко глубоко вздохнул, его лоб прорезали глубокие морщины. — Ты прав. Идет передел власти в городе. Но ты забыл одну прописную ментовскую истину — когда собаки дерутся между собой, к ним легче подойти незамеченным. Последние сорок восемь часов ОМОН работает не покладая рук. Я как-никак все-таки начальник управления по борьбе с оргпреступностью, и мне нужны показатели раскрываемости, нужны бандитские души! Сейчас самый благоприятный период... Хотя, когда он закончится, мне скорее всего, придется все же уйти на покой... Мы с Пегасом, что ни говори, — усмехнулся Кирилленко, — были хорошими партнерами. Он время от времени скармливал мне всякую мелочь для отчетности, а я не особо вмешивался в те его дела, которые обходились без «мокрухи». С чего и имел. Теперь все будет иначе.
— Испугался? — усмехнулся, повернувшись к полковнику, Вяземцев. — Или что?
— Или, — спокойно ответил Кирилленко. — У меня уже достаточно сбережений, чтобы спокойно встретить старость в каком-нибудь двухэтажном домике на берегу живописного водоема. Я уже присмотрел участок для строительства недалеко от Усть-Луги. Знаешь Бабинское озеро?
— Стало быть, решил выйти из игры? — нахмурился чиновник, и губы его дрогнули в усмешке. — Ну что ж, возможно, ты и прав. Скоро очередные выборы, и мне, судя по ситуации и опросам, придется серьезно побороться с Собачниковым за пост мэра. И хотя свободных денег у меня не столь много, я все-таки попробую рискнуть и вложить их в бизнес. Уж очень хорошие доходы приносит торговля нефтепродуктами, нельзя игнорировать такой шанс! — Анатолий Петрович затушил сигарету в хрустальной пепельнице. — Хорошо, поступай как знаешь.