К отметке 1500 футов он убрал шасси, закрылки и приготовился к набору высоты. Включив форсаж, ощутил рывок, когда впрыскиваемое в дополнительные камеры топливо добавило тяги двигателям. Проверил число оборотов и скорость изменения высоты по вариометру. Время от времени он регулировал температуру топливных фильтров, чтобы избежать обледенения. Элероны в задней части крыльев заняли нейтральное положение.

Алф Хеллот поднимался курсом норд-вест между незримыми отвесами горных склонов. Стрелка высотомера уверенно ходила по кругу. Над ним по-прежнему висели набухшие от влаги облака. Он высмотрел просвет, отрегулировал обороты, уперся ступнями в педали и отклонил руль направления. Самолет скользнул вверх в узкую щель в мокрой облачной вате. Последние снежинки разбились в пыль о фонарь кабины.

Я опустил цейсовский бинокль. Алфик исчез. Два языка пламени, точно от паяльной лампы, — последнее, что я видел. Я повернулся, прыгнул через мазутную лужу и зашагал по ярко освещенному коридору из ангара в дежурку.

В десяти тысячах футов над моей головой Алф Хеллот протянул руку к тумблеру, включающему ретроспектоскоп.

1953

Рядовой

Из плоти и крови состоит надежда. Исходная позиция — нагнувшись вперед или стоя навытяжку. Из кости и жил состоит надежда и готовых к рывку тугих, хорошо тренированных мышц. Алфик Хеллот был великой надеждой, он был самым многообещающим, был тем, на кого надеялись все мы, остальные. Последняя, самая большая надежда. Принято говорить: цвет надежды — зеленый, но наша надежда была белого цвета.

Прямо из Великого Ничто явился молодой Алф Хеллот — писали газеты, и, как обычно, ошибались. Было это, когда он еще до травмы, весной восемнадцатого года своей жизни выиграл вольные упражнения на соревнованиях за так называемый Кубок Осло, опередив, в частности, шведа Туресена, который позднее в том же году стал чемпионом Олимпийских игр в Хельсинки.