— Помню-помню, — сказал Рико, — Арон ненавидит не всех итальянцев — только меня.

— А вот и нет, он ненавидит всех, но особенно тебя. Так почему ты…

— Патрик М. Малоуни.

— Кто, черт подери, этот Патрик Малоуни, еще один инвестор, которому отказал мой брат?

— Патрик М. Малоуни, — поправил Рико.

— Господи, парень, да кто такой этот чертов Патрик М. Ма…

— Ты что, бросил читать газеты? Не смотришь телевизор?

— Рико, если не прекратишь нести чушь, я убью тебя прежде, чем ты получишь свой золотой жетон.

— Это студент, который исчез около шести или семи недель назад. Ты что, вдобавок к колену еще и ослеп? Его портреты расклеены на каждом фонарном столбе, на каждой доске объявлений в городе.

— Ну, извини. Последние дни я смотрю только под ноги, чтобы не споткнуться о палку и не ляпнуться на задницу. Но какое отношение это имеет к нашему магазину?

— Приходи завтра на ланч в кафе «У Молли». Знаешь, рядом со мной… — Рико помолчал. — Скажем, в час — час тридцать.

— Ты хочешь, чтобы я ехал всю дорогу в гору…

— Дело того стоит. Какую еще работу ты сможешь найти с больным коленом? А пока сходи в библиотеку и почитай старые газеты. Чао!

В одном Рико был прав. Улыбающаяся физиономия Патрика Малоуни украшала первый же фонарный столб, который мне попался, когда я вышел из дома. Подобно человеку, купившему новый автомобиль и внезапно начавшему замечать машины той же марки на встречной полосе, мне казалось, что лицо Патрика Малоуни смотрит на меня отовсюду. Я подумал, что все-таки видел его раньше в новостях, по-видимому, в клинике. Учитывая количество обезболивающих, выжранных за месяц после операции, я легко убедил бы себя, что видел Деву Марию, соблазняющую Джона Траволту.

Малоуни был симпатичным мальчиком с голливудской улыбкой — ровные белые зубы, красивый рот, море обаяния.