Рико заказал мне кофе и ростбиф — фирменное блюдо Молли, пытаясь одновременно вести ничего не значащий дипломатический разговор. Фрэнсис Малоуни нетерпеливо постучал толстыми пальцами по столу, призывая Рико переходить к сути дела.

— Семья Малоуни хочет, чтобы ты помог им, — объявил Рико.

— Как именно? — поинтересовался я, разглядывая костюм Малоуни. Он носил свою одежду как мундир.

— Анджела… Это миссис Малоуни, — сказал Рико, — она слышала, что именно ты нашел тогда ребенка в…

— Боже! — Я протестующе вскинул руки. — Так вот в чем дело!

Марина Консеко была семилетней дочерью разведенного пожарного. В пасхальную субботу 1972 года отец повел Марину и четверых других своих детей на Кони-Айленд. Когда отец, купив хот-доги, вернулся к ребятам, он увидел, что самая младшая — Марина — исчезла. За три дня найти ее не смогли.

Кони-Айленд очень опасное место для семилетней девочки. Кроме потенциальных хищников-человеков там еще есть океан, грязный канал, заброшенные строения, разрушенная дорога, автобусный парк и пересечение трех линий метро. И, если бы какой-нибудь извращенец вздумал воплотить в жизнь свои больные фантазии, к его услугам там были километры темных аллей и пустых автоэстакад, под которыми можно похоронить тело маленькой девочки, завалив грудами старых покрышек и разбитого стекла.

На четвертый день полицейские и свободные от дежурства пожарные, вызвавшиеся участвовать в поисках, почти потеряли надежду найти Марину живой, но решили найти ее тело. В этот день я возвращался после смены из Брокса с командой пожарных на машине с выдвижной лестницей. Когда мы ехали по Мермейд-авеню к Морским воротам, я вдруг машинально посмотрел вверх. Наверное, от усталости мои глаза просто закатились вверх.

Я ударил по тормозам и выскочил из машины. Когда двое пожарных тоже выскочили следом и увидели, на что я показываю пальцем, они закивали головами.