- Здесь фотомодели пляшут? - угрюмо пробасил левый.
- Здесь. Ваши пригласительные билеты? - слегонца поднапрягся секьюрити. При появлении этих двоих узел галстука еще сильнее врезался ему в кадык.
Правый недобро ухмыльнулся и протянул охраннику мобилу и визитную карточку:
- Хочешь, побазарь с воеводой.
Секьюрити облизал визитку шустрыми глазками и посторонился. Типа, зачем важных людей по такому пустяку беспокоить? Обмахивать еле втискивающихся в дверь гоблинов миноискателем он тоже не стал. На входе в отель их уже должны были проверить. А что, ему больше всех надо?
Мордовороты солидно, не спеша и даже с детским любопытством озираясь, протопали сквозь вытянутый, заставленный барной стойкой, столиками, пуфиками и фикусами зал. За стойкой дремал черно-белый бармен, на столиках сохли объедки и из фужеров испарялось недопитое манерное пойло. У окна косяк журналистов обгладывал личную жизнь расфуфыренного бархатом пузатенького модельера-гомика. И, в общем, ежу было понятно, что светская жизнь отсюда уже свалила в соседний зал, где на подиуме и творился показ мод.
На входе в соседний зал пара распалась. Правый, вдоль спин усаженных на концертные стулья зрителей; прошагал в угол, где и подпер стену. Левый, с видом имеющего на это право авторитетного гражданина, взошел на подиум и задвинулся за левую кулису. Он только на секунду угодил в край овальной серебристой лужи софитного света, зрители шушукались в темноте. Его рожу никто не рассмотрел, на него почти не обратили внимания, потому как зрители обсуждали шмотки на вихляво разгуливающих по подиуму стройненьких мальчишечках.
Узкие в бедрах и расклешенные от колена оранжевые брючки, двубортный очень узкий в плечах темно-синий костюмчик в тонкую белую полоску, джинсики серого денима.