Между Вьетнамом и мною – океан, но если я прямо сейчас на улицу выйду, то стоит мне сделать несколько шагов, как я обязательно на вьетнамца наткнусь и будет он живее живёхонького. С вопросами по ядерной зиме – это к товарищу Горби, который нам шарики вкручивал про "новое мЫшление", которое нам всем нужно непременно "углУбить".

Неотвратимый удар? Насколько он неотвратим? Я вот думаю, что вполне можно подгадать так, что мы первым же ударом вынесем у "потенциального противника" всё к ядреней фене, а сами отделаемся лёгким испугом. Чем не победа? На противника упадёт тысяча боеголовок, а на нас – десять. Ему кирдык, а мы только почешемся… Радиактивное заражение местности, миллионные жертвы, разрушенная экономика – это всё его, противника, проблемы, а нам чего? Нам зато отныне никто и ничем не угрожает, можно строить всё, что захочешь, можно нести свет, любой свет, что демократии, что монархии, что какого-нибудь "постиндустриального общества" в любом направлении, хочешь, неси на запад, хочешь – на восток. Никто нам не помеха. И ничто.

Ничто?

Давайте мы мысленно поиграем в немыслимое, давайте поставим себя на место нынешнего мирового гегемона и нанесём ракетно-ядерный удар. Упреждающий. Массированный. Всем, что у нас в наличии имеется. А имеется у нас – ого-го! Ого-го, да ещё и маленькая тележка. И вот мы усыпим всеобщую бдительность, пригласим всех глав государств на какую-нибудь юбилейную сессию ООН, устроим пир на весь мир, а потом – раз! и во время выступления с ооновской трибуны какого-нибудь пламенного тамады аннигилируем здание-кирпич со всеми почётными гостями. Пока все остальные страны будут чухаться, глаза протирать, соображать что там к чему, перезваниваться по "горячим линиям", приводить себя в разные там степени боевой готовности, мы им всем – кузькину мать.