А вот теперь давайте прикинем, что за саночки выходят. Мы вывели из игры всех нынешних и всех будущих конкурентов, мы накрыли мир тысячами боеголовок, а до нас долетели не тысячи, как то может быть теоретически, и не сотни, как то вполне может случиться на практике, а всего лишь – несколько десятков боеголовок. Скажем, сорок. Бессистемно. Россыпью. Упали там-сям. Рассчитывать, что сорок ядерных взрывов "сотрут с лица Земли" гигантское государство – попросту смешно. Подозреваю, что с лица Земли даже и город никакой стёрт не будет. А что будет? А будет следующее: исчезнет половина, скажем, Чикаго, изчезнет парочка каких-нибудь плотин вместе с водохранилищем и гидроэлектостанцией, исчезнет парочка атомных электростанций, тут и там исчезнут несколько аэродромов и железнодорожных узлов, испарятся несколько больших заводов, не станет какого-нибудь "крупного порта" на востоке и такого же на западе, ну и очень нехорошо будет в районе столицы, это само собой. Вот, пожалуй, и всё.
А теперь давайте на это "всё" взглянем повнимательнее. Что это "всё" значит, как это будет выглядеть в жизни. Не в кино, где у героя никогда не кончаются патроны, а в жизни нашей скорбной, где иногда не удаётся даже и для себя последний патрончик припасти. Ну, то, что где-то в Северной Дакоте на месте нескольких ракетных шахт появится пресловутое "углубление" в виде радиоактивной воронки, будет занимать только индейцев из близлежащей резервации, а вот то, что Бомба рванёт в районе Великих Озёр будет означать следующее – в первую очередь это означает парочку миллионов погибших.