– Проклятие, – выругался он. – Проклятие, проклятие, проклятие!

Сообщение из Чикаго от Макграта было не худшим известием, которое Уэбстер получил за тридцать шесть лет работы в Бюро, однако оно было чертовски к этому близко. Директор связался по внутреннему коммутатору с секретаршей.

– Соедините меня с Макгратом, с Чикаго.

– Макграт уже на связи. Он давно ждет вас.

Проворчав, Уэбстер ткнул кнопку. Перевел разговор на громкоговорящую связь и откинулся на спинку кресла.

– Мак, что там у тебя за история?

Из Чикаго донесся отчетливый голос Макграта.

– Здравствуйте, шеф. Никакой истории нет. Пока нет. Быть может, мы рано забили тревогу, но когда Холли не появилась на совещании, у меня сразу же возникло дурное предчувствие. Вам не надо объяснять, что это такое.

– Я все понимаю, Мак. Ты хочешь сбить меня с толку какими-то фактами?

– Никаких фактов у нас нет. Холли просто не пришла на совещание, назначенное на пять часов вечера. Мне это показалось очень необычным. Она не оставила никаких сообщений. Ее пейджер и сотовый телефон не отвечают. Я поспрашивал своих людей, и оказалось, что последний раз Холли видели около полудня.

– Сегодня утром она была на работе? – спросил Уэбстер.

– Все утро она провела у себя в кабинете.

– До пятичасового совещания у нее были назначены еще какие-нибудь встречи?

– В дневнике у нее ничего не отмечено, – сказал Макграт. – Я понятия не имею, чем она занималась и где была.

– Господи, Мак, ты же должен был за ней приглядывать! Не выпускать на улицу, черт побери!

– Она вышла в свой обеденный перерыв. Что я мог поделать?

В кабинете директора ФБР наступила полная тишина, нарушаемая лишь слабым шорохом громкоговорящей системы. Уэбстер забарабанил пальцами по столу.