На счастье, улавливаете? - Я предостерегу тебя, - сказала та, проигнорировав слова Джошуа. - Звезды долго молчали. Не проси меня снимать завесу, покрывающую их тайну. Пусть все останется, как было. - Мадам, - ответил Джошуа. - Образ моей жизни таков, что я мало имею дела с тайнами и весьма об этом сожалею. Я к вам и пришел, чтобы, наконец, приобщиться к тайнам. Я заплатил деньги и хочу уйти отсюда обогащенным знанием, которым через вас соизволят снабдить меня звезды. Или вы хотите, чтобы я ушел отсюда с тем, с чем и пришел, только без денег? Нет уж, увольте. Джеральд похвалил его. - А вот и я не уйду, пока мой друг не узнает правды! - весело сказал он. Цыганская королева сурово оглядела обоих и сказала: - Как хочешь. Ты сам выбрал. Только отбрось свои насмешки и легкомыслие. Грядет печальная судьба, и злой рок витает у тебя над головой. - Аминь, - сказал Джеральд, весело поглядывая на внимательно слушавшего цыганку Джошуа. Она вновь взяла руку Джошуа в свои и повернула ладонью к своему лицу. - Я вижу хлынувшую кровь, - начала она. - Она течет уже давно. Я вижу ее, катящуюся быстрыми ручейками. Она льется через сломанный ободок кольца! - Дальше, - сказал, улыбаясь, Джошуа. Джеральд молчал. - Тебе не достаточно? Ты хочешь, чтоб я говорила откровенней? - Конечно. Мы, простые смертные, хотим, чтобы нам пояснили туманные речи. Звезды от нас очень далеко, и я вижу, что на пути ко мне их пророчество теряет ясность. Цыганка вздрогнула от этих слов и затем продолжала с чувством: - Твоя рука - рука убийцы. Убийцы своей жены! - Сказав это, она отпустила руку Джошуа и уже повернулась, чтобы уйти. Джошуа засмеялся. - Знаете, - со смехом говорил он. - Будь я цыганкой-гадалкой, я все-таки привнес бы в свою систему немного юриспруденции. Вот вы сказали: "Твоя рука - рука убийцы". Ну что ж... Мы сейчас не будем говорить о будущем. Но пока я свою жену не убил. А ведь вы так употребляете слова, будто убийство уже имеет место. Вам следовало бы сказать...