Милиционера подбросило вверх метров на пять— семь. В воздухе его несколько раз перевернуло, будто это был самолет, выполняющий петлю Нестерова, переходящую в «бочку». Пилот не справился с акробатическим трюком и, ударившись о землю, взорвался. Так бывает, если баки переполнены горючим. И этот акробат напичкал себя взрывчатым веществом с перебором.

Машина исчезла, словно ее и не было. А на месте падения лейтенанта осталась только дымящаяся ямка.

— Накаркал, идиот! — Вадим плюнул.

Дым рассеялся. Звон в ушах затих. Наступила мертвая тишина. Сколько она длилась? Стрелки часов на горящем циферблате автомобильной панели показывали четверть первого.

Внезапно взревел двигатель грузовика, стоящего метрах в десяти. Машина дернулась и поехала вперед. Журавлев глянул в заднее окошко. Не прошло и минуты, как красные огоньки растворились в черной пелене.

— Бросил, гад. Все правильно!

Вадим сполз на пол, лег на спину и со всей силы ударил обеими ногами по задней дверце. Еще удар! С третьей попытки замок не выдержал, дверца отлетела с петель и с грохотом упала на асфальт. Журавлев свесил ноги и спрыгнул на дорогу. Переднюю дверцу водителя пришлось открывать подбородком. Наручники за спиной истерли в кровь запястья рук. Ключи от наручников пришлось ловить зубами. Бросив их на землю перед машиной, Вадим встал на колени, свалился на спину и начал шарить по шершавой поверхности пальцами.

Тут нужна сноровка, но похожих ситуаций в его жизни не случалось. Везунок! До кандалов дело не доходило. Выкручивался. И сейчас выкрутится. Наручники удалось снять. Вовремя. Где-то вдали мелькнули огоньки фар. По его душу конвой жалует. Так это или нет, но проверять он не стал. Спрыгнул с трассы в кювет и дунул в лес. Темень непроглядная. Черт его знает, сколько он пробежал, много или мало, секундомер работал на выживание. Недолго работал. Дерево помешало. С разбега — и прямо в лоб. Яркая вспышка и тысячи звезд высыпались из глаз.