— Чем занимается Лидия? — спросила Филлида.

— Не знаю — она болтает столько чепухи. Кажется, Лидия работает чьим-то секретарем. Лучше спроси у нее. Надеюсь, она будет вести себя как следует. Джеймс ее никогда не жаловал, А ее болтовня просто выводила его из себя. Постараюсь посадить Лидию подальше от него, но у нее такой пронзительный голос.

Они пересекли холл и вошли в гостиную, где двое молодых людей стояли у камина, пытаясь согреться. Это были племянники старого Джеймса Парадайна. Будучи кузенами, А не родными братьями, они не походили ни друг на друга, ни на своего дядю. Старшему, Марку, — высокому, темноволосому мужчине с мрачным выражением волевого лица — было тридцать пять лет. Дики — худощавый, светловолосый и голубоглазый — был на несколько лет моложе и постоянно пребывал в бодром настроении.

Марк обменялся рукопожатиями с тетей и Филлидой, используя при этом минимум слов, А Дики расцеловал обеих, засыпав их комплиментами и вопросами.

— Ты потрясно выглядишь, тетя Грейс! Верно, Марк? И бриллиантовая звезда отлично смотрится! Помнишь, как ты прикрепила ее на верхушку рождественской елки, А Фил закатила истерику, потому что хотела взять звезду себе?

— Никаких истерик я не закатывала!

— Еще как закатывала! Но тебе было всего три года, так что мы не держим на тебя зла. Тогда ты была ужасно хорошенькой — правда, тетя Грейс? Тебя можно было прицепить на верхушку елки вместо звезды.

Грейс Парадайн улыбалась, стоя рядом с Дики, обнимавшим ее за талию. Похвалы в адрес Филлиды были для нее фимиамом.

— Жаль, что она испортилась с возрастом! — смеясь, добавил Дики.

Дверь открылась, и Лейн доложил о прибытии мистера и миссис Эмброуз, мисс Эмброуз и мисс Пеннингтон. Они вошли одновременно — Фрэнк Эмброуз, высокий, широкоплечий блондин, с массивным бледным лицом; его темноволосая жена Айрин, выглядевшая так, словно одевалась в спешке; его сестра Бренда, мужеподобная, с густыми, но коротко стриженными волосами, такими же светлыми, как у брата, и с такими же светло-голубыми глазами. Одна из самых жутких ссор, периодически потрясавших семейство Пеннингтон, была вызвана предположением Айрин и ее сестры Лидии Пеннингтон, что внешность Бренды значительно улучшилась бы, если бы она покрасила свои почти белые ресницы. Лидия любезно предложила свои компетентные услуги, но вся идея закончилась ничем.