- Людей из резерва поднимать?

Виноградов помялся, посмотрел на спутников:

- Да, пожалуй. Надеюсь, все будет тихо, но на всякий случай...

Когда молодой офицер исчез за бетонным укрытием, полковник снова потянулся к сигаретам:

- Жаль. Вот сейчас бы я полтинничек принял!

- Коньяк был хороший, - поддержал его прапорщик внутренних войск, снимая с плеча автомат. - Зря вы отказались.

- Еще не все потеряно... Наверстаем.

- Во, видите?

Сквозь туман пробились огоньки фар: два поменьше, а один, большой и яркий, чуть впереди.

- Значит, все же приехали...

В голосе Виноградова спутникам послышалась плохо скрываемая тревога и в то же время явное облегчение от того, что судьба уже никому не оставила выбора.

- Ну, ни пуха ни пера! - Первым протянул холодную ладонь полковник.

- К черту... - со здоровяком-автоматчиком Владимир Александрович тоже обниматься не стал, ограничились рукопожатием:

- Счастливо!

- Вы там давайте того, поосторжнее.

- Попробую. Поквитаетесь с ними, если что?

- Нет вопросов. - Вполне серьезно пообещал прапорщик, припечатав рукой затвор "калашникова".

Виноградов обернулся - за бетонными блоками КПП, угадывалась суета вооруженных людей. Рыкнул, прокашлялся и выехал на огневую позицию разбуженный по такому случаю бронетранспортер.

- Пор-рядок!

Шум двигателей на той стороне приблизился почти вплотную, и неожиданно из-за пелены тумана вынырнул БТР - точная копия того, что перегораживал сейчас трассу за спиной Владимира Александровича.

На башне, рядом с пулеметом, была установлена мощная фара. И не фара даже - а скорее прожектор, освещавший путь и самому бронетранспортеру и пристроившимся к нему сзади серым "жигулям".

Колонна замерла у самого края моста.

Несколько секунд Виноградова и его спутников изучали. Потом одновременно распахнулись все четыре двери автомобиля, и пространство перед ограждением сразу же заполнилось людьми.