Обмениваясь рукопожатиями, Черчилль бодро произнес:

- Добрый день, лорд Уолден. - Поклонился Лидии, - Как поживаете, леди Уолден?

Почему же он так действует мне на нервы, подумал про себя Уолден.

Лидия предложила ему чая, а Уолден пригласил сесть. Уолден не намеревался тратить время на светскую болтовню, ему не терпелось узнать, из-за чего столько беспокойства.

- Прежде всего, примите мои извинения, а также и от имени короля за то, что ворвался к вам, - начал Черчилль.

Уолден кивнул. Он не собирался говорить, что тут все в порядке и это вполне нормально. Черчилль продолжал:

- Хотел бы добавить, что я бы не пошел на это, не будь тут совершенно чрезвычайных причин.

- Назовите же, что за причины.

- Вам известно, что сейчас происходит на бирже?

- Да. Повысилась учетная ставка.

- От одного и трех четвертей процента почти до трех. Это невероятный рост и всего за несколько недель.

- Полагаю, вам понятно, почему это так. Черчилль кивнул:

- Немецкие компании принялись за широкомасштабное истребование налогов, накапливая наличные и покупая золото. Еще несколько недель подобной деятельности, и Германия возвратит себе все, что ей должны другие страны, свои же долги оставляя невыплаченными - а ее золотой запас достигнет небывалого уровня.

- Они готовятся к войне.

- И этим, и другими путями. Одних налогов они собрали биллион марок, это превосходит всякое нормальное налогообложение, и все для того, чтобы усилить армию, которая и так уже сильнейшая в Европе. Вы ведь помните, как в 1909 году, когда Ллойд Джордж поднял в Великобритании налогообложение на пятнадцать миллионов фунтов стерлингов, то это вызвало чуть ли не революцию. Ну так биллион марок равен пятидесяти миллионам фунтов. Это самое тяжелейшее налоговое бремя за всю европейскую историю.