Начальник штаба ворвался в комнату вместе с главой отдела безопасности. Они бросились на Бонда. Уже когда они схватили его за руки, голова Бонда упала на грудь и, если бы они не поддержали его, он упал бы со стула на пол. Они поставили его на ноги. Он был в глубоком обмороке. Глава отдела безопасности потянул носом.

— Цианид, — произнес он кратко. — Нам всем надо выйти отсюда. И немедленно. (Чрезвычайная ситуация заставила забыть о манерах, соблюдаемых в штаб-квартире.)

Пистолет лежал на ковре, там, куда упал. Он ногой отбросил его в сторону и сказал М., который уже вышел из-за стеклянного щита:

— Следует немедленно покинуть комнату, сэр. Немедленно. Я прикажу, чтобы здесь навели порядок во время обеденного перерыва.

Это был приказ. М. направился к открытой двери. Мисс Манипенни стояла, прикрыв ладошкой рот. Она с ужасом наблюдала, как лежащего навзничь Бонда тащили в комнату начальника штаба, каблуки его ботинок оставляли след на ковре.

— Закройте ту дверь, мисс Манипенни, — резко сказал М. — Пусть немедленно придет дежурный офицер медицинской службы. Пошли, пошли, девочка. Не стойте здесь, разинув рот. И никому ни слова об этом. Понятно?

Мисс Манипенни, которая была на грани истерики, автоматически произнесла: «Слушаюсь, сэр», закрыла дверь и сняла трубку внутреннего телефона.

М. прошел через приемную в комнату начальника штаба и притворил дверь. Глава отдела безопасности стоял на коленях около Бонда. Он ослабил ему галстук и расстегнул воротник, щупал пульс. Лицо Бонда было почти белым, на лбу выступила испарина. Дышал он прерывисто и тяжело, как будто только что пробежал большую дистанцию. М. бросил взгляд на Бонда, а затем — выражение лица его было не разглядеть — посмотрел на стену, перед которой он лежал. Повернулся к начальнику штаба.