- Если появится кто-то посторонний, вы, наверное, хотите, чтобы вас разбудили, прежде чем вас увидят?

Он стряхнул с себя сонную одурь и, нетвердо ступая, вернулся к ней. Нагнувшись так, что ее лицо оказалось совсем близко, он вгляделся в ее поблекшие глаза, пытаясь различить, что таится в их глубине.

- На прошлой неделе я убил в Джинго одного парня. - Он говорил монотонно, не спеша, но в голосе его звучали предостережение и угроза. - Это была честная перестрелка. Он прострелил мне плечо, а я уложил его. Но он был местным, а я - нет. И пока они меня не вздернули, у меня был один-единственный шанс, чтобы удрать, и я им воспользовался. Возвращаться на виселицу я не собираюсь. Здесь я долго не задержусь, но если только...

Женщина снова кивнула.

Бросив на нее последний хмурый взгляд, он вышел.

Засыпая на ходу, он привязал лошадь короткой веревкой s углу, расстелил одеяла между ней и дверью и тут же заснул с револьвером в руках.

Проснулся он вечером - дождь все не кончался. Прежде чем вернуться в дом, он тщательно оглядел двор и заглянул в окно.

Женщина прибрала комнату и подмела пол. На ней было уже другое платье, от многих стирок выцветшее до блекло-розового. Она даже расчесала и взбила волосы.

Когда он вошел, женщина подняла лицо от шитья, которым была занята, и оно показалось ему посвежевшим и помолодевшим.

- Где мальчишка? - резко спросил он.

Она махнула в сторону окна:

- На горе. Я послала его наблюдать за ущельем.

Его глаза сузились. Он вышел на улицу и сквозь пелену дождя разглядел маленькую фигурку под низкорослым красным кедром. Мальчик лежал на животе и смотрел на восток.

- Как плечо? - спросила женщина, когда он вернулся в дом.

Он поднял руку:

- Лучше. Собери мне какой-нибудь еды. Мне пора.

- Не валяйте дурака, - спокойно возразила она, выходя на кухню и принимаясь за упаковку мешка с едой. - Вам бы лучше остаться здесь, пока плечо не заживет.