– Что-то не помнится, – заметил Ник Картер.

– Позвольте в кратких словах описать ее: она расположена на краю возвышенности, на самой крутой вершине высот Вашингтона, там где ведет дорога к реке. Дом стоит на скале совершенно одиноко и немного поодаль от улицы, причем он окружен садом в три десятины. Немного в стороне стоит ветхая, полуразвалившаяся конюшня.

– Да, да, теперь я припоминаю, – отозвался сыщик, – но, насколько мне известно, в этом доме давно никто не живет?

– Да дом пустовал, пока я, с месяц тому назад, не поселился в нем.

– Затем мне казалось, – снова спросил Ник Картер, – что вся эта усадьба входит в состав того участка земли, который был продан городу в целях расширения Побережного Шоссе?

– Совершенно верно, – подтвердил полковник, – я взял усадьбу в аренду от города по весьма недорогой цене, хотя, правда, с условием выехать немедленно, как только город этого потребует.

– Что же дальше?

– Так вот видите ли, мистер Картер: с первого дня моего переезда в этот дом я ежедневно получаю анонимные угрожающие письма и, вообще, подвергаюсь невероятным неприятностям.

– Будьте любезны выражаться яснее, – с оттенком нетерпения заметил Ник Картер.

После некоторого колебания старик медленно и с некоторой торжественностью вынул из кармана маленький, завернутый в желтую бумагу сверток, развернул его на половину и положил на стол.

– Будьте любезны взглянуть на то, что содержится в этом пакете, – произнес он, указывая на сверток.

Поведение полковника произвело на Ника Картера какое-то странное впечатление, но тем не менее он исполнил желание своего посетителя.

В тот же момент он бросил на полковника полный негодования взгляд и воскликнул:

– Что это значит, сэр? Не лучше ли вам выбрать кого-нибудь другого для ваших неуместных шуток?

И, действительно, содержимое свертка могло вызвать не только изумление, но и отвращение.