Комната была роскошно обставлена, в центре красовалась огромная кровать с игривым балдахином.

На кровати ожидали три девушки, виденные им на сцене, обнаженные и улыбающиеся.

— Звонок слева, если что-то понадобится, — Хав-Чан снова поклонился.

Усмехнувшись, Мартелло оглядел маленькие, но твердые груди, задержал взгляд на тщательно выбритых лобках.

— Я не думаю, что мне понадобится что-то еще, — сказал он слегка поплывшим голосом.

Хав-Чен уже закрывал за собой дверь.

* * *

Английский таможенник попросил Джованни Мартелло открыть чемоданы. Гонконг пользовался неизменным статусом открытого порта, речь шла о простой формальности. Проверялось наличие товаров, запрещенных к вывозу, — а их можно пересчитать по пальцам.

Впрочем, Мартелло давал слово чести быть чистым при проверке на границе. На него не было и малейшего подозрения. В его профессии это абсолютно необходимо.

Таможенник приподнял несколько засаленных рубашек, закрыл чемодан и поставил мелом свой каббалистический значок.

— Проходите, сэр…

Тут же носильщик, ждавший сигнала, засуетился и занялся багажом. Кроме двух чемоданов у него был ещё портфель. Таможенник на него не обратил никакого внимания.

Идя впереди китайца, Мартелло покинул зал, где осуществлялся досмотр и проходил полицейский контроль, пересек набережную, загроможденную тюками и ящиками и направился к трапу норвежского судна «Тор Ярфальсен».

До сих пор все прошло, как по маслу. Только бедра устало гудели после ночи, проведенной в доме Лам Фу-Чена. Согласно заключенному договору он по всем правилам расплатился, едва вернулся в «Мандарин». Путешествие без проблем…

Стюард ждал наверху у трапа. Он проводил Мартелло и носильщика до каюты, которая была заказана.

Расплатившись с носильщиком, мальтиец начал спокойно распаковывать свои вещи, раскладывая их на кушетке. Наконец-то н мог расслабиться и переодеться… Стюард тут же развесил одежду в шкафу.