— Алло, — скептически произнес он в трубку. — Это Стюбё.

Кристиане начала спокойно раздеваться. Сняла сначала шапку, потом куртку.

— Минуточку, — попросил Стюбё в трубку. — Кристиане, перестань! Подожди немного...

Девочка уже успела раздеться почти полностью — на ней остались только розовые трусики и майка. Колготки она натянула на голову.

— Я не хочу даже говорить об этом! — отрезал Ингвар Стюбё. — У меня четырнадцать дней отпуска по уходу за ребенком. Я не сплю уже больше суток, Зигмунд. Да у меня ребенок родился меньше пяти часов назад, и теперь...

Кристиане спустила колготки на живот, как косы.

— Пеппи-Длинный-Чулок, — весело произнесла она. — Тра-ля-ля, тра-ля-ля.

— Нет! — возразил Ингвар так нелюбезно, что Кристиане вздрогнула и расплакалась. — У меня отпуск. У меня родился ребенок. Я...

Ее плач перешел в рев. Ингвар так и не смог привыкнуть к тому, что такой хрупкий ребенок может издавать столь оглушительные звуки.

— Кристиане, — с отчаянием сказал он. — Я злюсь совсем не на тебя. Я разговариваю с... Алло? Я не могу. Как бы увлекательно все это ни было, я просто никак не могу оставить сейчас семью. Пока, удачи.

Он щелкнул крышкой телефона и уселся на пол. Они давно уже должны были быть в больнице.

— Кристиане, — ласково обратился к ней Ингвар. — Моя маленькая Пеппи!

Можно было обнять ее, чтобы успокоить, но он знал способ получше: он начал свистеть. Джек привалился к нему и заснул, похрапывая; от его влажного дыхания на брюках у Ингвара появилось пятно. Ингвар свистел и напевал все детские песенки, которые мог вспомнить. Через сорок минут девочка перестала плакать. Не глядя на Ингвара, она сняла с головы колготки и медленно начала одеваться.

— Пора посмотреть на наследницу престола, — сказала она без выражения.

Мобильный телефон звонил семь раз.