- Стеречь, как маму! Иначе - за ноги прикажу вздернуть!

Часовой ловко подхватил толстый портфель, сунул его в железный сундук и снова вытянулся у знамени с шашкой на плече.

Будённовский полковник проворно сел за походный стол и тотчас же вынул перо и толстую записную книжку:

- Я слушаю, товарищ командарм, диктуйте...

- Пошел к чертям! - огрызнулся Буденный, шагая взад и вперед по палатке с маузером в руке. - Ты, скотина, мой адъютант и не видишь, что у тебя делается под носом.

- А что у меня там делается, товарищ Будённый? - испуганно спросил адъютант, шмыгнув пальцем по верхней губе. Он хорошо знал, что командарм страшен с подчиненными ему людьми и, находясь в праведном гневе, запросто может отдать приказ любого - и правого и виноватого - пустить в расход или запытать до смерти.

- То делается, что у меня в армии засел белый шпион!

- Шпион?! - адъютант напрягся. - Быть этого не может! У нас

хлопцы все на подбор...

- Молчать, когда я говорю! - прикрикнул на него Буденный бросая на стол скомканную бумажку. - Накануне разгрома у меня пропала важная депеша, а на ее месте я нашел вот эту, вот, дрянь.

Адъютант проворно развернул бумажку и прочитал вполголоса: "Берегись, подлый бандит! Тебе скоро придет конец. Будешь знать, собака красная, как жечь села! Черные мстители".

- Черт знает, что это такое! - развел руками адъютант. - Значит, за нами и в самом деле кто-то следит, кто-то доносит белым о каждом нашем движении. А вы, товарищ командарм, уверены вон в том пареньке, что охраняет ваши бумаги? - кивнув в сторону часового, прошептал адъютант Буденному на ухо.

- Заткнись, Петренко! - оборвал его командарм. - Этот мальчишка-комсомолец - сын расстрелянного белыми красного коммиссара. Он на Советскую власть смотрит, как бессмысленный пес на хозяина. Я ему больше, чем тебе верю.

- Молчу, товарищ командарм, молчу! - осекся адъютант Петренко, захлопывая рот ладонью. - Я же только предполагаю...