Лениво теребя вожжи, конями правил здоровенный мужичище, с красным заплывшим лицом и в буденновке с громадной пятиконечной звездой.

Рядом, беспокойно оглядываясь и теребя наган, прикрытый мешковиной, сидел молодой безусый красноармеец.

Вероятно, по случаю удачного грабежа красномордый мужик в буденновке хорошо выпил и теперь беспечно насвистывал революционные песни. Это очень беспокоило его молодого товарища, который то и дело качал головой:

- Напился, как пес. Теперь еще самое время - на бандитов нарваться.

- Бандитов?.. - пьяный красноармеец приосанился. - Да я только шашкой взмахну - все как один в траву лягут.

Он усмехнулся и выразительно шлепнул ладонью по пустой кубышке, из которой торчала потертая ручка нагана:

- Хлоп, и в башке дырка.

Красномордый продотрядовец покивал.

- Меня сам Будённый за храбрость хвалил... А хочешь, я для товарища Буденного "Интернационал" спою? Хочешь?...

Прототрядовец затянул пьяным голосом:

- Встава-а-а-ай, проклятьем заклейме-о-онный...

- Стой!

- Стой!..

- Руки вверх! - внезапно загремело над ухом красноармейца. И его кони в мгновенье ока оказались свернутыми в обочину, а перед глазами блеснуло черное револьверное дуло. - Оружие и деньги! - грозно крикнул незнакомец, направляя пистолет в лоб продотрядовцу.

В ужасе воздев руки к небу, красноармеец растерянно забормотал:

- Деньги?.. Какие деньги?.. - но, глянув в лицо грабителя, он вдруг увидел черную маску с прорезями для глаз.

- Господи Боже великий! - прошептал продотрядовец, мешком

падая на дно тачанки.

А его насмерть перепуганный товарищ уже лежал ничком, спрятав голову в большую макитру с остатками сметаны.

У тачанки появился еще один грабитель в такой же страшной маске. Оба грабителя, с ног до головы, были одеты в черное.

- Да они совсем окачурились от страха, - сказал первый звонким мальчишеским голосом, опуская дуло пистолета. - А ну, обыщи их, Катя!