– Хороший у тебя дядя.

– Да, хороший… Только жесткий очень. Всех в кулаке держит. Жесткий, но справедливый. Без дела никого никогда не обидит…

– А по делу?

– Ну, бывает…

– А жену свою… Ну это, за что с ней так?

– Он ее не убивал…

– А кто это сделал? – заинтересованно спросил Андрей.

– Не спрашивай меня об этом, – предостерегающе посмотрела на него Римма.

– Как это не спрашивай? У нас тюрьма переполнена, людей девать некуда, а она не спрашивай. Если дядя твой не виновен, тогда зачем его в тюрьме держать?

– А если он чужую вину на себя взял?

– Чью чужую?

– Ничью… Ничего я тебе не говорила, – мотнула головой Римма. – Ничего…

– Странно все это… И пистолет этот, откуда он мог взяться у владельца кафе и автосервиса? Он в оружейных магазинах не продается…

– Ты про «беретту»?.. Так это просто. Он ее у каких-то заезжих парней купил. Они предложили, а он купил. Потому что итальянского производства, потому и купил. Теперь понятно?

Объяснение могло показаться правдоподобным, тем более что Андрей знал о тяге Казимирова ко всему итальянскому.

– Понятно. И все равно странно…

– Странно то, что мы с тобой. И вдвойне странно, что мне с тобой хорошо…

– И ты хочешь остаться со мной?

– Втройне странно, что да…

– Но люди не могут быть вместе, если у них есть тайны друг от друга…

– Хорошо, тогда перечисли имена всех своих подружек…

– Ну, Альбина… Это в прошлом…

– Что, и все?

– Ну да.

– Врешь… Ты не думай, я тебя не пытаю. И ты меня не пытай…

– От того что у меня были девушки, не жарко и не холодно. А твой дядя в тюрьме…

– Он сам так захотел… Только не вздумай ему ничего говорить, – спохватившись, обеспокоилась Римма.

– Могу и сказать… Не забывай, кем и зачем я работаю.