– Нет.

– Нет? А доходы фактически переводились в США?

Шелленберг присвистнул.

– В Швейцарию. А оттуда – вероятно, в Испанию, из Испании... – Кальтенбруннер усмехнулся.

Шелленберг быстро пробежал оставшиеся страницы:

– "Мессершмитт", «И. Фарбен», «Унтерзе электрика»? – Он поднял глаза. – Это подлинные документы, или кто-то ведет игру?

– Подлинные. И, как видите, всегда готовились частными лицами по указанию из Швейцарии.

– А откуда они поступили?

– Из морга. Однако источник их не вызывает сомнений.

– И это могло скрываться в течение четырех лет?

– Полагаю, что нет. Я уже навел кое-какие справки. Через три дня после того, как Гитлер в 1933 году стал рейхсканцлером, он принял американского бизнесмена – президента этой самой корпорации. На встрече присутствовал также рейхсфюрер СС.

– Это было сделано по какой-то специальной договоренности?

– При посредничестве кельнского банка «Бендлер».

– "Бендлер"? Так это – фон Клаузен.

Кальтенбруннер кивнул:

– Покойный фон Клаузен. Он погиб вчера под бомбами. Первый банкир рейхсфюрера и один из его ближайших друзей. Конечно же, это была специальная договоренность.

– Ин-те-рес-но, – произнес Шелленберг мгновение спустя, делая ударение на каждом слоге. – Вот это возможность, а?

Шелленберг зажмурился, пытаясь собраться с мыслями, чтобы понять, не задумал ли Кальтенбруннер использовать эти документы для нападок на Гиммлера. Однако это было невозможно в связи с тем, что в данном деле, по всей видимости, был замешан сам фюрер. Он спросил:

– Вы намерены их использовать?

– Что может лучше продемонстрировать большевикам вероломство их капиталистических союзников из Америки, чем эти самые бумаги? – заметил Кальтенбруннер.

– Следовательно, вы их опубликуете?

– Разумеется. Сталин сойдет с ума. Это подтвердит все его подозрения. Ведь это – наихудший пример двуличности. А так как он чего-то подобного ожидает, ему будет легко в это поверить.