Сосед убитого посмотрел на оперативников.

– Нет, Алексей Иваныч, – возразил Волков. – Вашего соседа убили. Его обнаружили с ножевой раной в груди.

Игнатьев покачал головой:

– Ну дела…

– Скажите, вы давно знали убитого? – спросил Ларин.

– Лет пятнадцать, с тех пор, как сюда въехали. Он раньше с женой жил, а три года назад она умерла.

– Кем он работал до выхода на пенсию?

– По хозяйственной части. Был завхозом в одной конторе, где-то на Васильевском…

– Название конторы не помните?

– Нет.

– Алексей Иваныч, – продолжил Волков, – вы не знаете, были у Белодубровского враги или завистники?

Игнатьев усмехнулся.

– А чему тут завидовать! – воскликнул он. – Нищий пенсионер, какими все мы когда-нибудь будем. – Сосед убитого вздохнул. – Извините, – сказал он, – я схожу в комнату за сигаретами.

– Пожалуйста, – кивнул Ларин.

Игнатьев оставил оперативников минуты на полторы, а когда вернулся, его потухший было взгляд весело искрился. Взяв в комнате сигареты, сосед убитого успел заодно пропустить рюмку с покинутыми сотрапезниками.

– Да… – сказал он, садясь на табуретку и закуривая, – кому же понадобилось его убивать?

– Нам это тоже интересно, – заметил Волков.

– А какие у вас были отношения с Белодубровским? – спросил Ларин.

Игнатьев глубоко затянулся и выпустил дым.

– Какие могут быть отношения с соседями по коммуналке… – сказал он. – Непростые.

– А поконкретнее? – попросил Волков.

– Вы когда-нибудь жили в коммуналке? – спросил Игнатьев.

– Алексей Иваныч, сейчас речь не о нас.

– Да, понимаю. Что касается меня, то я по коммуналкам помотался – «мама не горюй!». Видел всяких людей. Бывает, человек с виду приличный, а поживешь с ним бок о бок в соседних комнатах, мало не покажется!