Моя кузина однажды сбежала: не могла больше его терпеть. Через неделю я последовала ее примеру, правда, по другой причине. Соседи отыскали меня ночью в лесу плачущую. Меня положили в какой-то институт, потом отдали под опеку. - Ей этот рассказ не доставлял ни малейшего удовольствия. Как, впрочем, и мне. - У моего опекуна были больная жена и взрослый сын. Они стали ссориться из-за меня. И опять лечебное заведение, и опять, и опять... Юная, одинокая, безденежная - да еще иностранка... Некоторые считают, что такое сочетание дает им право на...

- Ладно, - сказал я. - Ты не любишь крыс... и мужчин.

- У меня до сих пор не было оснований изменить к ним свое отношение ни к тем, ни к другим.

Избежать с ее лицом и фигурой заинтересованного внимания окружающих было нереально. Разве может магнит сохранить свои притягивающие свойства, проползая сквозь кордон железных стружек? Но говорить сейчас об этом было не время. И я, откашлявшись, констатировал:

- А я-то тоже мужчина.

- Правильно. Я совсем забыла. - Слова ничего не значили, но их сопровождала чуть заметная улыбка, которая сразу футов на пять увеличила мой рост. Чтоб не превозносить меня до небес, она добавила: - Держу пари, ты не лучше других.

- Хуже, - заверил ее я. - Хищник - недостаточно сильное слово для характеристики персонажа.

- Очень хорошо, - прошептала она. - Обними меня.

Я вытаращился на нее.

- Взойдет заря, и ты осудишь собственную слабость.

- Пускай заря занимается своими делами, - спокойно заявила она. - Ты пробудешь здесь всю ночь?..

- Скажем так: ее остаток.

- Ты меня не бросишь? - продолжала она с детской настойчивостью. - Ни на минутку?

- Ни на минутку. - Я пристукнул своей дубинкой по доскам. - Буду сидеть здесь, не смыкая глаз, и устрашать все тихоокеанское крысиное поголовье. И мужское, если понадобится, тоже.

- Не сомневаюсь, - миролюбиво подытожила она. Через минуту она спала.

Глава 2