Часовые собираются на вышках, чтобы с изумлением созерцать, как исчезает с лица земли склад общевойсковых боеприпасов. Огонь уже захлестнул соседний пост, и часовой заметался, не зная, что же делать. В нем боролись долг и инстинкт самосохранения. Стрелок делал свое дело. Бронебойно-зажигательные пули прошивали стенки цистерн. Взрывы следовали один за другим, и пожар постепенно перерастал в огненный смерч. Черные клубы дыма с пробивающимися сквозь них языками пламени ввинчивались в сиреневое вечернее небо.

Состав завалился набок. Теперь уже никто не сумел бы сдвинуть его с места. Объятый пламенем, искореженный локомотив, точнее, его черный остов каким-то чудом устоял, хотя и сошел с рельсов. Ударная волна увечила вагоны. Пламя моментально охватывало пары, и цистерны превращались в шестидесятидвухтонные бомбы, взрывающиеся, разбрасывающие вокруг себя фонтаны огня и смертоносные куски железа. Подземные хранилища пока еще были целы, но жар уже подобрался к ним вплотную.

Опустошив обойму, стрелок извлек из кармана новую, в которой братьями-близнецами покоились десять патронов с обычными латунными головками, прищелкнул магазин к винтовке и вновь приник к прицелу. Вот они. Все как и ожидалось. Четверо часовых у склада артиллерийского боезапаса стоят на навесных дорожках, вцепившись в поручни. Смотрят, разинув рты, на бушующий огонь.

Теперь он должен ждать. Дежурные на КПП наверняка не расслышали хлопков выстрелов. А те, кто слышал, уже мертвы. Скоро начнется второе действие. А пока антракт. Можно полюбоваться фантастическим зрелищем.

* * *

Они тоже слышали взрывы. Целую серию. Казалось, небо раскололось и обрушилось на землю. Пастух крякнул горлово и покрутил головой.

— Вот это да, — буркнул он.

— Смотри, смотри, смотри! — Сидящий за рулем Айсберг наклонился к лобовому стеклу. — Видишь, вон! Класс! — не сдержал он по-детски непосредственных эмоций.