Тут я опять прервался - у Хорька телефон зазвонил. Хорек послушал трубку и сказал в нее же: «Рассказывает пока». Что-то мне подсказало, что обо мне там речь идет. А голос из трубки слышится характерный такой, с подвизгиваниями... Н-да, похоже, как выражаются репортеры, «расследование взято под контроль на самом высоком уровне». Плохо дело. «Хорошо», - сказал Хорек, сунул трубку в карман и посмотрел на меня. А взгляд у него стал вдруг такой добрый и внимательный. Очень плохо дело.

Ну, в тот дождливый вечер, пришел я, стало быть, с очередным списком ставок. То-да се, холл, металлоискатель, выгребаю карманы, а охранник мне и говорит:

- А ты, часом, не баба?

Я аж растерялся слегка.

- Нет, - говорю, - с утра вроде мужиком еще был. А разве, - говорю, - по мне незаметно?

- А хрен, - отвечает, - вас теперь разберет. Снаружи вроде мужик. Только вот ведь какое дело: звонил псих с тринадцатого этажа, сказал, чтоб никаких баб сегодня на его этаж не пускали.

Я насторожился - психом с тринадцатого этажа мог быть только Док. А охранник тем временем продолжает:

- А у нас указание есть - все, чего этот псих пожелает, исполнять в точности, как если бы он был сам президент.

- Щупать будешь? - спрашиваю. Охранник подумал и говорит:

- А пошел ты. Щупать приказа не было. Был приказ баб не пропускать. Из «Моторики» баб мы пропустили - указание пришло, что можно, а вот все бабы из Металлоконструкций отдыхать пошли сегодня. Так что, может, тебе и идти-то незачем.

Тут я задумался ненадолго - появилась трезвая мысль, что, может, не стоит в эти непонятки влезать. И почему я эту мысль не послушал? Но больно уж я поиздержался было и твердо рассчитывал сотен пять через Дока заработать до следующей пятницы. Да и настрой был такой, и погода на улице чересчур мерзкая. Вот так все сложилось и мысль я эту трезвую задушил, не понимая, что сам голову в капкан засовываю.