Среди прочего Монк обнаружил в бюро скромную сумму денег. Судя по всему, он был бережлив, если не считать расходов на портного. Висящие в гардеробе костюмы и впрямь поражали безупречностью покроя и качеством материи. Вероятно, деньги были отложены впрок, и Монк первым делом уплатил за квартиру на месяц вперед и сообщил миссис Уорли, что намерен навестить сестру в Нортумберленде.

— Хорошая мысль. — Она понимающе наклонила голову. — Конечно, это не мое дело, но просто ужасно, что вы так давно у нее не были. А ведь она, бедняжка, все время пишет вам, хотя не помню такого случая, чтобы вы ей ответили!

Хозяйка сунула деньги в карман и поглядела на Монка.

— Вы там за собой следите: ешьте вовремя и не связывайтесь со всякими преступниками. Оставьте их хоть на время в покое, здоровье дороже. — С этими напутственными словами миссис Уорли одернула передник и двинулась прочь, судя по всему, на кухню.

Четвертого августа Монк сел на лондонский поезд и приготовился к долгому путешествию.

Нортумберленд встретил его завыванием ветра над вересковыми пустошами. Вид скудной земли и неба, покрытого грозными клубящимися тучами, таил в себе суровое очарование. Впрочем, весьма вероятно, что в памяти Монка просто шевельнулись детские воспоминания об этом диком крае. С чемоданом в руке он долго стоял на станции, вглядываясь в холмы. Необходимо было найти какой-нибудь транспорт. До побережья, где располагалось нужное ему селение, было одиннадцать миль. Будь Монк здоров, он бы не отказался от пешей прогулки, но слабость еще давала о себе знать. Каждый глубокий вздох отзывался болью в ребрах, да и рука только еще срасталась.

Наконец удалось за солидную плату нанять тележку, запряженную пони. К радости Монка, ее владелец знал, где живет сестра, и высадил его на узкой улочке прямо перед нужным домом. Загремели по булыжникам колеса удалявшейся повозки, и Монком вновь овладел страх перед неизвестностью.