Проектом Боба Уилсона был Фонд изящных искусств — свободное от налогов предприятие, включающее театр, картинную галерею, художественную школу для детей, музыкальный фестиваль, балет и еще полдюжины разнообразных околоартистических организаций. Фонд существовал на гранты и пожертвования от частных лиц и других себе подобных фондов. Боб, будучи директором, оказался вовлеченным в гонку за увеличение капиталов фонда и мечтал приблизиться к сумме в пять миллионов долларов. Кульминацией гонки было общее собрание фонда, назначенное на завтра, вернее, уже на сегодня. Боб задался целью продемонстрировать сливкам общества представителей различных направлений в искусстве. Имя Эрика Трейла славилось в театральных кругах, Таня Жаркова была звездой балета. Мартин Ломекс считался Феллини американского кинематографа, Джерико представлял собой гигантскую, хотя и противоречивую фигуру в среде американских художников. Знаменитого дирижера маэстро Бемельманса в числе приглашенных не было. Эта команда звезд призвана была растопить сердца миллионеров и держателей фондов. К концу дня все они должны получить вежливые выражения благодарности, а Боб горел надеждой основать свой собственный фонд.

— Я не уверен, что следует субсидировать искусство, — говорил Джерико Бобу. — В этом случае поддержки добьется слишком много бездарностей.

— Сделай это ради меня, — просил его Боб.

Он был должником Боба, поэтому и оказался здесь.

Но какой был обед! Дворецкий в белой куртке разносил очень сухой мартини и изысканные канапе. Оглядевшись в гостиной, обставленной по последнему писку моды, Джерико поймал себя на том, что разглядывает стройную фигуру белокурой хозяйки дома.